background picturebackground picture

О чем говорят конфликты в семье и какая от них может быть польза

Родители

657

Ссоры между близкими могут быть хорошими и плохими; наша задача в том, чтобы конфликты меняли жизнь к лучшему, считает психолог Людмила Петрановская

Новогодние праздники и длинные каникулы — время, когда в семьях случается больше всего ссор и конфликтов. Причина проста — привычный ритм жизни нарушен, родные общаются друг с другом больше и теснее обычного, да еще и на долгожданный отдых мы возлагаем большие надежды, которые обычно не оправдываются. Психолог Людмила Петрановская объясняет, в чем причина праздничной напряженности и как остановить развитие конфликта прежде, чем ситуация достигнет точки кипения.

На первый взгляд, во время праздников нет причин для ссор. Мы рассчитываем побыть вместе с близкими, отвлечься от повседневных забот, отдохнуть от работы, наконец. Но как раз в эти моменты существует большая вероятность поссориться с родными в пух и прах. Почему?

В выходные, когда все дома, мы общаемся с родными больше и интенсивнее, чем в другое время. Структурированность времени при этом уменьшается. Возникает вопрос, как распорядиться возможностью побыть вместе, и разные ответы на него могут привести к конфликту. Например, один из родителей распланировал детские каникулы так, что выходные дни выглядят напряженнее, чем учебные будни. Другому это может не понравиться, так как он представлял себе праздники иначе.

Почему в семье вообще происходят конфликты

Ссориться — это нормально

Ни одна семья не обходится без конфликтов. Конфликт — это показатель того, что вам не все равно, что происходит. Изначально семья — это люди с общим ресурсом (территория, время, вещи, социальные связи, деньги), а за ресурс всегда может случится спор.

Чья комната, чья чашка, где носки, кто что куда положил, как потратим общее время и деньги, как будем растить детей? У нас разные желания, разные интересы, поэтому без конфликтов не обойдешься.

Конфликт — обратная сторона любви. Семьи, где люди сильно привязаны друг к другу, наиболее уязвимы для конфликтного маховика. Ведь когда человеку больно, он хочет так или иначе донести эту боль до того, кто эту боль ему причинил.

Не бывает конфликтов в семьях с жестким авторитарным управлением или в ситуации, когда семья есть юридически, но фактически ее не существует. Делить в таком случае нечего: у членов семьи разные базы получения ресурсов, их не интересует жизнь друг друга, которая похожа, скорее, на существование в коммунальной квартире.

Рождение конфликта

Исторически семья создавалась ради выживания. Люди объединялись, чтобы легче было добывать пропитание и защищать потомство. Каждый член семьи получал что-то полезное для себя.

Современная семья в больших городах эту функцию утрачивает. Женщины и мужчины в состоянии жить и растить детей в одиночку, мы всё меньше нуждаемся друг в друге в практическом смысле. Семья воспринимается по большей части как место психологического комфорта, где человека должны поддерживать, понимать.

Чем важнее для нас психологический комфорт и мир в семье, пресловутая «погода в доме», тем больше мы уязвимы перед конфликтами, обидами, недосказанностями.

Если когда-то муж, который не бьет, не пьет и зарплату приносит, считался вполне годным мужем, сейчас «не бьет, не пьет» — опция по умолчанию, зарплата у женщины может быть и своя. Но если один из супругов не общается, не слышит, эмоционально не поддерживает, тогда с ним невозможно удовлетворять психологические потребности, и такой брак многих не устраивает.

Перемены усиливают напряжение

Конфликты с большой вероятностью случаются не только в праздничные и выходные дни. Часто они происходят в моменты радикальных изменений в семейной системе. Например, когда люди начинают жить вместе, после рождения ребенка, во время переездов, при переменах в материальном положении (в любую сторону). Существенные перемены ставят перед семьей новые вызовы, на которые у нее пока может не быть ответа. И это может стать почвой для возникновения конфликта.

Конфликт хороший и плохой

В хорошем конфликте есть решение для всех

Хороший конфликт перестраивает семейную систему к лучшему, продвигает ее к большей сбалансированности, гармоничности, устойчивости. При хорошем конфликте решение находится для каждой из сторон. Пусть и с какими-то уступками, но всем становится так или иначе лучше.

Пример. Мама всегда моет посуду по вечерам. Но из-за возросшей нагрузки на работе ее начинает тяготить эта обязанность. Если семья никак не отреагирует на это, мама об этом так или иначе скажет. Скорее всего, с недовольством, потому что обычно люди терпят до последнего. Если претензия высказывается в эмоциональной форме, скорее всего, ответ тоже будет эмоциональным. Но в данном случае форма выражения — не главное, потому что в каждой семье она своя (мы говорим о семьях нормальных, функциональных, где нет насилия, нет постоянных агрессора и жертвы).

Если жалоба мамы будет все-таки услышана, а правила пересмотрены (например, обязанность мыть посуду возьмет на себя папа), то это — хороший конфликт, который продвинул семью вперед: произошло перераспределение обязанностей.

Еще один пример. Ребенка в школу и из школы всегда провожает бабушка. Но ребенок вырос и сопротивляется такой опеке, которая, действительно, уже может быть избыточна. Он будет заявлять об этом — с первого раза его, скорее всего, не услышат, потому что родителям бывает трудно заметить, что ребенок повзрослел. Но рано или поздно, миновав стадию конфликта, ситуация изменится, и подросток уже будет самостоятельно ходить в школу.

Плохой конфликт — сигнал бедствия

Плохой конфликт семью вперед не продвигает. Он напоминает хождение по кругу с заранее известными каждой стороне ролями; его отличительная особенность — тоскливая предсказуемость, отсутствие решения.

Пример. В семье постоянно возникает тема нехватки денег, которая провоцирует ссоры. Но способы улучшения ситуации ни одна из сторон не предлагает, потому что не знает, как увеличить финансовый ресурс в тех обстоятельствах, которые есть. Унылое переругивание, которое ничем конструктивным не кончается, затухает, а позже возобновляется, подтачивает силы и отдаляет членов семьи друг от друга.

Повторяющиеся с определенной периодичностью конфликты говорят не о предмете спора. Они — сигнал того, что задеты глубинные потребности людей, которые ссорятся. 

Нам важно быть принятыми, ощущать собственную ценность и важность в глазах близких, получать подтверждение, что с нами рядом хотят жить, что на партнера можно рассчитывать. Возобновляемый конфликт показывает, что чего-то из этого членам семьи не хватает. Обида, как правило, только повод, она не отражает реальное положение вещей; конфликтующие стороны вкладывают в нее собственный смысл.

Другой пример. Жена нуждается в поддержке мужа. Она ждет, когда же он поможет, но сама просить об этом не хочет, потому что «выпрошенная» поддержка в ее картине мира — это не про любовь. Она привыкла считывать у окружающих такого рода запросы и бросаться на помощь. Если ее муж не проявляет подобной чуткости, рождается обида. Так или иначе жена ее предъявит мужу, потому что каждому из нас важно, чтобы наше состояние было понятным значимому человеку. В момент предъявления обиды появляется второй обиженный: муж не понимает, в чем он провинился, потому что он бы с радостью поддержал жену в трудной для нее ситуации, но не привык считывать ее потребности по малейшим изменениям ее эмоционального состояния.

В плохих конфликтах участвуют уже не два человека, а вся история их отношений, история их семей, где они получили свои представления о мире и отношениях между людьми, даже история семейных коалиций и противостояний. 

Такой конфликт может быть продолжением вечного обмена репликами между членами семьи («А вот моя мама правильно говорила, что ты…»). В такой ситуации быстро может развернуться скандал огромного масштаба, который закончится разрывом, хотя через какое-то время никто не вспомнит, из-за чего все началось. Это доказывает, что повод в таких конфликтах не имеет значения. Он становится триггером только потому, что близкие не чувствуют себя любимыми, ценными, важными друг для друга.

Какие ошибки мы совершаем внутри конфликта

Мы часто путаем «хорошие» и «плохие» конфликты, используя технологию ведения «хорошего» конфликта для «плохого», например, приводим аргументы, стараемся убедить оппонента в нашей правоте. Но, с одной стороны, аргументов в «плохом» конфликте слишком много, а с другой — они никого ни в чем не могут убедить, потому что у другой стороны убедительные аргументы тоже есть.

Пример. Родители боятся отпускать подростка отметить Новый год с друзьями. Они вполне резонно беспокоятся — и правы в своем беспокойстве. Но подросток тоже прав — им движет желание самостоятельности и социализации. Но чем больше аргументов будет приводить каждая сторона в доказательство своей правоты, тем меньше это будет убеждать противоположную сторону. Когда каждый чувствует себя более правым, чем оппонент, конфликт только разгорается.

Что можно сделать в подобных случаях? Остановиться и задать себе такие вопросы.

  1. Чего я хочу на самом деле? 
  2. Чего другой хочет на самом деле? 
  3. Как нам найти точки соприкосновения?

Пример. На выходных мама хочет пойти всей семьей в музей, а папе хочется посмотреть хоккей по телевизору. Происходит ссора. Но если найти общее в потребностях мужа и жены — приятно провести выходной день, не сильно устать, пообщаться с детьми — можно прийти к консенсусу. Договариваться стоит только о таких вариантах, которые устроят всех, а не приводить всё новые аргументы в пользу именно своей позиции.

Что мы можем узнать о себе из наших конфликтов

Помешать прийти к разумным договоренностям и погасить конфликт нам могут разные модели привязанности, исходя из которых мы взаимодействуем с близкими. Человеку с тревожным типом привязанности в момент конфликта кажется, что он одинок, не важен и не нужен. Он боится одиночества и постоянно нуждается в подтверждении того, что он не отвержен. А человек с избегающе-дистанционной моделью привязанности может думать, что его излишне контролируют, поглощают. В конфликте обе стороны проваливаются именно в эти переживания и могут дойти до разрыва, если не осознают, что ими движет.

Единственный выход здесь: постараться узнать, как у нас и у нашего близкого человека работает модель привязанности, и объединяться, чтобы бороться с маховиком конфликта. 

«Плохие» конфликты бывают в самых хороших семьях. Нельзя ставить себе задачу совсем не конфликтовать. Но можно поставить себе задачу превратить «плохой» конфликт в «хороший», использовать конфликтный эпизод как исследовательский материал, смотреть на него с точки зрения наших потребностей, которые стоят за эмоциями или за поводом, с которого начался конфликт.

В какой момент каждому из конфликтующих стало нехорошо? Что стало болевой точкой? Как этот конфликт связан с нашим прошлым, с детством? Если ответить себе на эти вопросы, можно стать более зрячими в конфликтах. Если самостоятельно провести такую работу не удается, можно обратиться к психологу, который поможет разобраться в происходящем, научит ориентироваться в поле конфликта, чтобы семья не превратилась во фронт и оставалась нашим надежным тылом.

                              

Источник:

Вебинар Людмилы Петрановской «Праздник без точки кипения» для родительского клуба Family Tree 

Фото: Коллекция/iStock

Поделиться в соцсетях