background picturebackground picture

Литературные окрестности. 5 русских усадеб, которые помнят великих писателей

Школьники

16

Найти места, сыгравшие важную роль в нашей литературе, можно не только под Москвой

Как провести школьные каникулы, чтобы они запомнились яркими событиями? Пандемия усложнила эту задачу. Один из вариантов — поездка всей семьей по усадьбам русских писателей. И детям, и взрослым будет любопытно увидеть классиков не через их тексты, а через интерьеры и пейзажи, которые были им дороги. Такой совместный отдых может объединить семью и дать пищу для размышлений и разговоров; не исключено, что и старшие, и младшие после этого захотят перечитать произведения, пройденные «по программе».

Ясная Поляна для нас неотделима от Льва Толстого, на похороны которого крестьяне пришли с транспарантом, чтобы поблагодарить писателя за его доброту. Спасское-Лутовиново было вотчиной Ивана Тургенева: там он познакомился с охотником, которого читатели знают под именем Ермолай. В Абрамцеве бывал Николай Гоголь — здесь он читал хозяевам второй том своих «Мертвых душ», собирал грибы и удил рыбу вместе с Сергеем Аксаковым. Шахматово навсегда связано с именем Александра Блока, его любовью к театру и созданным им образом Вечной Женственности. А Мелихово — это, конечно, Чехов, его пациенты-крестьяне и многочисленные гости.

Литературные усадьбы, известные и не очень, можно найти по всей России. Национальная программа детского туризма Министерства культуры РФ предлагает, к примеру, трехдневный экскурсионный маршрут «Русские усадьбы. Литература». У нас тоже есть несколько идей для небольших познавательных путешествий всей семьей.

Грибоедов: Хмелита

Хозяин усадьбы мог быть прототипом Фамусова

«Часто к нам приезжал, чудак он был, все над ним подтрунивали, говорили, писал он что-то», — так вспоминал водовоз Прокоп об Александре Грибоедове, племяннике своего барина. Прокоп родился примерно в то же время, что и автор комедии в стихах «Горе от ума», а прожил значительно дольше — 112 лет.

Встречались Грибоедов и Прокоп в усадьбе Хмелита под Смоленском, где хозяином был дядя поэта Алексей Федорович Грибоедов. Именно с него, барина из московской знати, как говорят, Александр Сергеевич списал образ Фамусова. Так это или нет, мы точно не знаем, но свободолюбивый племянник к дядюшке относился прохладно, как и к остальным своим родственникам.

Ближайший друг поэта, полковник Степан Бегичев вспоминал: «Как только Грибоедов замечал, что дядя въехал к ним на двор… разумеется, затем, чтобы везти его на поклонение к какому-нибудь князь-Петру Ильичу, он раздевался и ложился в постель. „Поедем“, — приставал Алексей Федорович. „Не могу, дядюшка, то болит, другое болит, ночь не спал“».

В Хмелиту Грибоедов приезжал вместе с матерью каждое лето с 1803 по 1811 годы. После Отечественной войны 1812 года его закружили дела военной и дипломатической службы, и он перестал бывать в усадьбе. Все тот же Прокоп вспоминал: в Хмелите во время отступления французских войск останавливался наполеоновский маршал Мюрат.

При жизни грибоедовского дядюшки усадьба Хмелита была настоящим дворцом в стиле так называемого «елизаветинского барокко», но во второй половине XIX века имение перешло в купеческие руки и лишилось своей красоты. Революция 1917 года довершила начатое — в советское время в бывшем дворце был колхозный склад. Сейчас усадьба восстановлена в прежнем виде — и каких усилий это стоило, вам расскажут при посещении Хмелиты.

Узнать больше можно на сайте Музея-заповедника А.С. Грибоедова «Хмелита».

Пушкин: Михайловское

На землях «арапа Петра Великого» поэт отбывал ссылку за оду «Вольность»

Михайловское, что под Псковом, было родовой вотчиной поэта — в первой половине XVIII века императрица Елизавета Петровна пожаловала эти земли знаменитому «арапу Петра Великого», крестнику и любимцу ее отца Абраму Петровичу Ганнибалу.

В сознательном возрасте Александр Сергеевич приезжал в Михайловское нечасто и ненадолго, но все изменила ссылка, в которую поэта в августе 1824 года отправил Александр I. Император был возмущен одой «Вольность» — в ней царю виделось покушение на самодержавие. За Пушкиным был установлен надзор, да не один, а целых два — политический и духовный.

Жил он в Михайловском один, в маленькой комнатке у самого крыльца, коротал вечера с няней Ариной Родионовной, которая рассказывала ему сказки, да иногда ходил в гости в усадьбу Тригорское к семейству Осиповых-Вульф: матери и двум дочерям. Чертами тех юных дев Пушкин наделит позже Татьяну и Ольгу Лариных из романа в стихах «Евгений Онегин».

В комнатке у крыльца поэт много писал — повсюду валялись листы бумаги и обкусанные перья (рассказывают, что Пушкин использовал крошечные кусочки перьев, которые с трудом можно удержать в пальцах). Много гулял по окрестностям, стрелял у погреба по бутылкам. Изредка приезжали к нему друзья. Пушкинисты высказывали предположение, что ссылка в Михайловском помешала поэту выйти вместе с декабристами на Сенатскую площадь 14 декабря 1825 года.

Пушкинский заповедник сегодня объединяет несколько усадеб, которые помнят поэта; уже в советское время он стал героем повести Сергея Довлатова «Заповедник». Смешные и грустные истории о жизни молодого экскурсовода-неудачника помогают увидеть поэта не как предмет культа и «наше все», а как живого человека, у которого были очень близкие отношения с этими местами и с теми, кто тут жил когда-то.

Узнать больше можно на сайте Музея-заповедника А.С. Пушкина «Михайловское».

И снова Пушкин: Болдино

Теперь все знают, что именно карантину мы обязаны многими шедеврами

«Знаешь ли, что обо мне говорят в соседних губерниях? Вот как описывают мои занятия: как Пушкин стихи пишет — перед ним стоит штоф славнейшей наливки — он хлоп стакан, другой, третий — и уж начнет писать! — Это слава». Так поэт писал в письме жене осенью 1833 года, когда в очередной раз приехал в имение в Нижегородской губернии, в селе Большое Болдино.

Словосочетание «болдинская осень» используют, когда говорят о наивысшем напряжении всех творческих сил, которое дает неизменные и обильные плоды. Таком, которое пережил Пушкин в 1830 году, когда он приехал в Болдино перед женитьбой, чтобы уладить хозяйственные дела, и застрял до зимы из-за эпидемии холеры.

Так было и в последующие годы, когда Александр Сергеевич приезжал в имение отца, чтобы писать в тиши небольшой деревянной усадьбы, глядя в окно на дерево и лавку под ним. Пушкин чаще своих родных бывал в имении — и его здесь любили и помнили. Михайловское много раз горело и возрождалось, а вот Болдино удалось сохранить от разрушения — пожалуй, это одна из редких русских усадеб, о которой можно точно сказать: именно здесь был Пушкин, смотрел через это окно, ходил именно по этим половицам.

После революции, в 1918 году, местные крестьяне постановили сохранить наследие «нашего помещика» и поэта. По собственной инициативе они дежурили в усадьбе, чтобы спасти ее от разграбления и пожара. И спасли.

В это небольшое село стоит приехать, захватив книжку «Пушкин в Болдине». Непередаваемое ощущение возникает, когда читаешь знакомые строчки стихов, поэм и сказок там, где они были когда-то созданы.

Узнать больше можно на сайте Музея-заповедника А.С. Пушкина «Болдино».

Лермонтов: Тарханы

Потешный полк и кулачные бои не спасали от острого чувства одиночества

27 лет — столько было отпущено Михаилу Юрьевичу Лермонтову, сочинения которого до сих пор волнуют сердца подростков пронзительной печалью и одиночеством героя. Некоторые исследователи считают, что трагическое мировосприятие сложилось у него в детские годы, которые прошли в Пензенской губернии, в имении бабушки Елизаветы Алексеевны Арсеньевой. Мать поэта умерла, когда ему было 2 года, характер у бабушки был властный и вспыльчивый, и с отцом, которого она терпеть не могла, Лермонтов почти не общался.

Судя по воспоминаниям, детство поэта было радостным. Бабка во внуке, который напоминал ей покойного мужа, души не чаяла:  празднования Рождества, Пасхи, Троицы, народные гуляния, даже свои собственные лосенок и олененок. 

Вокруг него всегда было много сверстников — дети соседей постоянно гостили в Тарханах, играли в войнушку и бегали смотреть на кулачные бои крестьян. У юного Миши был даже собственный отряд, собранный из дворовых мальчишек, наподобие «потешного полка» Петра Великого. 

Память Елизаветы Алексеевны хранила множество трагических преданий из истории семьи, которые Михаил Юрьевич, конечно, знал и переживал по-своему. Она делилась с внуком и своим взглядом на события, которые происходили в окрестностях, и воспоминаниями об истории пугачевского восстания, на которых основано первое прозаическое произведение Лермонтова «Вадим».

Поэт провел в Тарханах половину жизни, они были для него настоящим домом, с ними связана его тоска по детству. И здесь же на фамильном кладбище безутешная бабушка похоронила его тело, привезенное из Пятигорска. 

Узнать больше можно на сайте Государственного Лермонтовского музея-заповедника «Тарханы».

Островский: Щелыково

В дремучих лесах под Костромой родились Берендей (родственник печенегов) и Снегурочка

Усадьбу Щелыково под Костромой купил отец драматурга. Она стоит посреди того самого леса, куда Иван Сусанин в XVII веке завел на верную гибель поляков-захватчиков.

Александр Николаевич Островский влюбился в отцовское имение, когда ему было 25 лет, и часто потом приезжал в этим места. Ближе к 50 годам Островский месяцами жил в Щелыково: нигде больше не хотелось ему отдыхать от московской суеты, а только тут, среди лесов и рек. Кстати, он был страстным поклонником рыбалки, а улов в те времена был обильным. Сезон «водной охоты» открывался специальным ритуалом, который Островский придумал вместе с местными жителями.

Драматург увлекался и «тихой» охотой — грибной. А еще запрещал убивать старых лошадей, отработавших свое, — трудолюбивые животные в Щелыково доживали до своей естественной смерти на полном довольствии.

Дворовые мальчишки не разоряли птичьих гнезд и не истребляли ужей — барин как-то рассказал им, что в природе нет ничего лишнего и вредного, в ней все взаимосвязано. 

Впечатления от жизни в Щелыково подарили Островскому вдохновение для пьесы «Снегурочка», «весенней сказки» про жизнь, смерть и любовь. Одним из действующих лиц стал царь Берендей, который управлял племенем полумифических берендеев — предполагаемых родственников печенегов. Считается, что берендеи давным-давно жили в окрестностях современного города Александрова под Владимиром. Но Островский перенес царство Берендея под Кострому, в знакомые и любимые им места, которые до сих пор очаровывают каждого гостя.

Узнать больше можно на сайте Государственного мемориального и природного музея-заповедника А.Н. Островского «Щелыково».

  

Источник:

Владимир Новиков «Русская литературная усадьба» (Ломоносовъ, 2012) 

Фото: Коллекция/iStock (обложка), сайты музеев, открытые интернет-источники

Поделиться в соцсетях